Рваная Грелка
Конкурс
"Рваная Грелка"
18-й заход
или
Три миллиона оставленных в покое

Текущий этап: Подведение окончательных итогов
 

Берсерк
№45122 "Капля"

«Три миллиона жизней — это плата за независимость?! Справедливо ли жертвовать ими ради кратковременной свободы от общего и обязательного?» - Размышляла маленькая капля, крепко зажатая между другими такими же каплями.

«Я сразу поняла, что являюсь отдельной каплей. Мне уготована иная судьба — увидеть внешний мир...» Она все время старалась выскользнуть из общей массы, но ее усердно вдавливали в центр толпы.

— Пустите меня, - взмолилась она, - мне очень надо!

— Ишь, чего вздумала, - донеслось откуда-то, - нас бросить. А догадываешься ли ты, сколько дней мы тут собираемся, сколько нас погибло за возможность быть одним целым?

— Нет, - булькнула маленькая капелька.

— И ты, конечно, не знаешь, что в каждом из нас несколько тысяч жизней.

— Не знаю, - сжалась сильнее малышка.

— Послушайте, я все подсчитал, в нас ровно три миллиона жизней, - вдруг вмешался кто-то.

Влажное сообщество затряслось от смеха и почти каждый пробурчал:

— А тебе не надоело считать то, что находится в нас? Так и иссохнуть недолго!

— Отнюдь, дети мои. Я старше, это так, но уверяю вас, в числах - наше спасение. Чем больше нас и чем богаче наше содержание, - для наглядности он раздулся сильнее, чтобы показать, как много в нем зарождающихся микроорганизмов, - тем дольше мы продержимся.

 

Мятежная капелька, воспользовавшись тем, что все забыли о ней, проскользнула между двумя спящими каплями. Проходя между ними, она увидела, как там барахтаются зародыши новой жизни. На мгновенье ей почудилось, как они прильнули к стенкам своих капель, чтобы остановить ее. Но капля зажмурилась и продолжила путь.

— Скоро встанет солнце, - испуганно прошептала толстая беспокойная капля, - я не хочу быть следующей, кто растворится в лучах. Требую, чтобы мне немедленно выделили лучшее место. Я уже две ночи стою наверху!

— Если вы не против, - начал старый любитель чисел, - я мог бы уступить вам свое место, но... - Тут он сделал паузу для окружающих, чтобы они обратили внимание на его щедрый жест. - Хочу попросить вас прижаться ко мне боком, к утру я нестерпимо обмерзаю. Годы, понимаете, берут свое. Не откажите мне в такой любезности.

Капризная капля некоторое время возмущалась, но больше для общественного мнения, но затем все же согласилась. Маленькая беглянка воспользовалась моментом перетасовки капель, как возможность вырваться на свободу. Эта хитрость ей снова удалась и малютка торжествующе зависла на краю мокрого сообщества. Прислушиваясь к разговорам, она осторожно скользила вниз.

 

Когда первые лучи солнца лизнули большую водную толпу, серебристая капелька сорвалась вниз и полетела. Она ликовала и смеялась, сверкая так же, как переливается неловко закрепленный драгоценный бриллиант, внезапно выпавший из золотой оправы. Она летела, встречая независимость в бегстве от болтливой толпы и общества, которое не позволяло ей вздохнуть свободно.

Во время своего полета капля встретила немало таких же сгруппировавшихся капель, как и та, которую покинула она. Они кричали ей одно и то же:

— Ты сумасшедшая, вернись! - Обзывались они.

— К нам, к нам, - взывали с другой стороны, - примкни к нам!

— Благодарю, не стоит беспокоиться обо мне, - весело отвечала им капелька, - я прекрасно чувствую себя в вольном полете.

— Ты погибнешь, ты разобьешься в дребезги о землю! - Продолжали твердить ей уже в следующей огромной капле.

— Ну и пусть! - Упрямо отвечала им бесстрашная капля. Она понимала, что другие беспокоятся не о ней, о своем выживании. Она знала, что скоро ударится о землю и растворится в ней, но все же лучше так, чем безмолвно исчезнуть в воздухе, как тает с первыми лучами солнца туман.

 

Тем временем земля неумолимо приближалась, капелька зажмурилась и сжалась от волнения...

— Ой! - Послышалось вдруг снизу.

— Ай, - согласилась с кем-то капля и слегка подскочила.

— Кто меня разбудил? Кто посмел падать на меня на рассвете? Неужели, дожди зачастили снова?

Капля приоткрыла глаза и прижалась сильнее к поверхности, которая ее приняла.

— Что молчишь? Давай знакомиться. Я — большой лист подорожника.

— А я капля, маленькая капля. - Прошептала она.

Лист подорожника расхохотался, а капельке пришлось крепче вжаться в него, чтобы не упасть.

— Так это ты сбежала из огромной болтливой капли?

Малышка испуганно молчала. Ей вдруг расхотелось падать дальше.

— Не бойся, я тебя не обижу, а твои сородичи мне спать не дают уже несколько дней. Все болтают без конца, и когда же солнце их зажарит?

— Простите, - вырвалось у капли.

— Ничего страшного, я привык. Устраивайся поудобнее, мы еще успеем подремать. Это самое удобное для сладкого сна время. Капли молчат, а солнце нежное и ласковое.

 

Так они и спали вместе, когда полуденное солнце разыскало и бесцеремонно растолкало горячими лучами сладко спящих.

— Проснитесь, день в разгаре, - трубило оно.

— А мы не хотим, - сонно ответили ей лист и капля.

— Мы?! А кто у тебя там? - Огненное светило любопытно коснулось подорожника лучами и обнаружило там крохотную капельку.

— Это мой друг, ее нельзя обижать. - Тревожно встрепенулся лист.

— Дай, дай мне ее, я тоже хочу друга! - Попрошайничало солнце.

— Я бы рад, но ты сгубишь ее своим жаром. - Не согласился зеленый лист и на всякий случай свернулся трубочкой, спрятав в ней свою маленькую подругу.

— Ах так! - Рассердилось солнце. - Тогда я высушу, сожгу тебя до основания!

Капелька взволнованно скользнула к краю, желая спасти друга. Но лист не пустил ее, он только еще крепче обнял каплю и храбро обратился к светилу:

— Жги, солнце, жги дотла! Об одном прошу: оставь ее в покое.